Подать рекламу и срочные платные объявления (вопросы и справки - по тел. 28-23-12):

.: наши издания :.

ПАМЯТИ ГЕННАДИЯ УТКИНА…

Братск простился с человеком, чей вклад в формирование культурного наследия Братска и Приангарья в целом трудно переоценить: ушел из жизни краевед, научный сотрудник архитектурно-этнографического музея «Ангарская деревня», создатель и руководитель детского клуба археологов «Неолит» при гимназии № 1 Геннадий Семенович Уткин, собравший богатейший краеведческий материал об археологическом прошлом Братского и Катангского районов.

- Мы с Геной – земляки, и наша родина – Нижняя Тунгуска, село Ербогачен, - сказал на прощании с ним Спартак Арбатский. - Но судьба нас с ним свела в Братске в Ангарской деревне. И мы простились с очень скромным, застенчивым, добрым, безобидным, настоящим человеком. Для меня это человек, стоящий в одном ряду с Октябрем Леоновым. Такой же бессеребренник. Октябрь получал зарплату 74 рубля, но за 10 лет оставил Братску Ангарскую деревню. Гена объездил вдоль и поперек весь наш север, находил стоянки древних людей, стойбища своих соплеменников, привозил из своих экспедиций экспонаты, часть которых осталась в музее, а из остальных он сделал и подарил городу эвенкийскую тропу. Геннадий Семенович оставил в нашем городе очень глубокий след. Он был разносторонне талантлив. Более 20 лет он был членов общества самодеятельных художников. Его великолепные скульптуры, работы, которые он делал, высоко ценились как произведения искусства. И я думаю, что еще больше они ценились потому, что в них он изображал своих соплеменников, свою малую национальность, людей, с которыми был знаком, ветеранов Великой отечественной войны, отображал природу. Все это – бесценный дар нашему городу от Геннадия Уткина. Кроме этого, работая в свое время в школе, исколесил вдоль и поперек Братский район с учениками, был постоянно с ними в экспедициях, собрал с ними сотню предметов и артефактов. И часть найденного стала достоянием созданного им в школе музея. И музей этот работает до сих пор, и учителя, и дети любят этот музей, проводят в нем различные исторические мероприятия и встречи. И, по моему мнению, он незаслуженно обижен судьбой и незаслуженно недооценен нашим обществом. И теперь наша задача – хорошо подумат, и сделать так, чтобы честь и память об этом большом нашем соплеменнике на века осталась и в городе, и в Ангарской деревне.

- Своей творческой деятельностью в гимназии он оставил такой огромный пласт замыслов и творческих идей, что я не могла не приехать сегодня проститься с ним. Это был потрясающей скромности человек, обладавший огромнейшим потенциалом таланта, - рассказала Диана Шкерина, первый директор гимназии №1. – Утром, только открывались двери школы, он был уже на месте, и уже вокруг него были дети. И весь день вокруг него были дети. И я хочу еще сказать о его поездках. Далеко не с каждым человеком отправишь куда-то детей. А я отправляла, и все хотела посмотреть – что же они делают в этих поездках? Помню,  как они нашли кость, и я помню, какая гордость и радость у них была! И пока живы эти его ученики – память об этом удивительном человеке будет жива.

Диана Николаевна в свое время пыталась добиться для Геннадия Уткина звания Заслуженного работника культуры: по всем своим делам, по своей творческой деятельности он вполне соответствовал этому статусу. Но везде, куда она обращалась, ей отвечали, что у него нет соответствующего образования. Вот так и до сих пор у нас ведется: как бы хорошо ты ни делал свое дело, какое бы наследие не оставил обществу, но если не хватает какой-то бумажки у тебя – награды и похвал за свои заслуги ты не получишь. Но в глазах тех, кто знал Геннадия Уткина, он, несомненно, был и останется – Заслуженным деятелем культуры в самом высоком понимании этого слова.

- Он был другим, он очень сильно отличался от обычных людей, - вспоминает о нем Наталья Луканкина, бывший работник музея. – И человек, который впервые с ним сталкивался, не сразу начинал его воспринимать. Он был порядочным до щепетильности. Он был неспособен преступить какую-то черту. Я 45 лет достаточно близко его знала, и может быть многим он казался, особенно в последние годы, немного занудой, который долбит и долбит, и его никто не хочет слышать, но он продолжает… А на самом деле он был безумно веселым, праздничным, озорным человеком, каким его почти никто не знал. Такой маленький одинокий человек-загадка… И он никогда никому не говорил о своих недугах. А за день до смерти – собирался на рыбалку. Я сумбурно говорю, наверное, потому, что не совсем еще осознала, что произошло, и пока еще не в состоянии понять, что эти 45 лет общения кончились…

- Мне кажется, что он всегда, даже когда работал в других местах, был в музее. И даже когда он вообще уже не работал – он практически прописался в Ангарской деревне. И сейчас я даже не мыслю, как Ангарская деревня будет жить без Геннадия Семеновича, - сказала Екатерина Гинзбург, проработавшая в музее с Уткиным много лет. - Он все время ворчал, но его ворчание воспринималось как совет. Его надо выслушать, и всегда. И если ты действуешь в соответствии с его ворчанием – значит, ты делаешь все правильно. Но главное, в чем познается человек – в результатах своей деятельности, своего труда. Я проработала в фондах много лет, и мне приходилось обрабатывать его коллекции декоративно-прикладного искусства, и когда соприкасаешься с его произведениями, чувствуешь, что это за человек, что за светлый человек, что за добрый человек, и что он хочет людям показать. Он нес только доброту, теплоту и свет. Потом я обрабатывала его коллекцию, которую он собирал на протяжении  многих лет на севере Иркутской области. И поражает его вклад даже не в развитие музея – это богатство города. У меня много вопросов к нему возникало и по фотографиям, и по предметам, и сотрудники музея, наверное, помнят, как я обрабатывала эвенкийскую коллекцию, и я считаю, что Геннадий Семенович оставил о себе очень хорошую память. И уйдут те, кто знал его, но придут другие – и они будут помнить его имя, потому что оно живет в его коллекциях, потому что культуру эвенков будут изучать по тем материалам, которые он собрал и сохранил в музее. Придут через 50 лет – но будут ссылаться на его имя: что это он собрал, он сохранил. И я правда не знаю. Как музей будет без него – он действительно настолько занимался своим детищем, каждый год что-то ремонтировал, ловушки настраивал, что-то реставрировал, и эвенкийский сектор, в общем-то, сохранен до сих пор благодаря Геннадию Семеновичу.

Сотрудники музея в один голос говорили на прощании, что такого друга и помощника, как Геннадий Семенович, трудно найти. И всегда он был идей и задумок, и всегда он был готов их исполнить – только бы их приняли. И все они говорили о том, что Ангарская деревня с его уходом осиротела. Весь эвенкийский сектор – его творение, и даже в доме ведуньи все стены обвешаны его работами. Он был на все руки мастер. И был очень щедрый во всем: поймает рыбу – со всеми поделится! А сколько он давал читать! А сколько нового благодаря ему узнали те, кто с ним работал!

Я помню экскурсию в Ангарской деревне, на которой мы были с классом. Это было еще тогда, когда чум с эвенком стоял в одной из усадеб. Но ни тогда, ни потом, на других экскурсиях, экскурсовод ни разу не сказал почему-то, что создатель эвенкийского сектора – Геннадий Уткин, и что он до сих пор работает в музее. Правда, как вспомнил Спартак Арбатский, был однажды смешной случай с одной из таких школьных групп, когда дети случайно, но встретились с Геннадием Семеновичем: рассмотрев в доме чум и эвенка, они пошли в следующую усадьбу, а им навстречу – тот самый эвенок из чума попался! Но чаще всего он оставался в тени, за кадром.

И на праздновании Дня города, проходившем в Ангарской деревне этим летом, ни одного имени создателей музея не было произнесено, ни одного слова благодарности не было сказано им. А почему бы не пригласить их на сцену, не поблагодарить их перед горожанами, не вручить хотя бы письма благодарственные? Ведь это – такая малость, но насколько им было бы приятно! Тем более, что только благодаря им мы имеем такое уникальное богатство, как Ангарская деревня!

Ведь нельзя забывать, что признание важно человеку при жизни, и совсем не нужно – после смерти. После смерти – это нужно уже нам, оставшимся. Да и то, получается, далеко не всем, и меньше всего тем, от кого зависит публичное признание заслуг людей и благодарность за их труд, пусть даже в словах. А тем, кто понимает важность признания и благодарности при жизни – как жить, осознавая эту несправедливость? Почему у нас так часто пренебрегают действительно великими в своих деяниях и талантах людьми? Об этом неоднократно уже говорил и Спартак Михайлович:

- Мы даже не знаем, сколько в России таких людей, как Геннадий Уткин! Их множество! И надо все делать для того, чтобы они не уходили из жизни обиженными! Им надо говорить об их нужности, их нужно поддерживать, прославлять, только тогда Россия воспрянет и станет настоящей Россией! А пока мы будем этих людей зажимать, давить на них, просто не воспринимать их – ничего хорошего с нами не будет происходить. Наше ценное, родное, дорогое, сибирское от такого отношения умирает сегодня

Проходят годы, стираются из памяти людской лица, факты, события. Но благодаря таким энтузиастам, как Геннадий Уткин, сохранится история Катангской земли. Посвятив себя исследовательской работе, Геннадий Семенович собрал богатейший краеведческий материал об археологическом прошлом Братского района. Среди его наследия потомкам – две книги: «Земля Братская, далекая и загадочная» и «Сказание о земле Катангской» и 17 археологических памятников на Нижней Тунгуске, открытые им.

Ольга Артюхова

 

 

 

 

 

 

 

 

comments powered by HyperComments

.: Всё для вас :.
   
©, 2016, Press*Men

Газеты Поехали, Братская ярма